В столичной галерее «Ирэна» горячие и холодные батики художницы Елены Лещенко согревали душу и охлаждали тревоги
НЕТРАДИЦИОННЫЙ текстиль все более популярен среди отечественных художников.
Расписать ткань, украсить ее причудливой вышивкой и такое вот произведение искусства облечь в рамку да повесить у себя на стене — это ныне модно у современных рукодельниц.
Елена Лещенко занялась таким дивом профессионально уже много лет назад.
Тогда еще малайское слово «батик» навсегда вошло в ее лексикон. Оно обозначает технику росписи многоцветной ткани, основанную на непроницаемом для краски составе (при горячем батике — воск, при холодном — резиновый клей), с последующим окрашиванием ткани в баке или тампонами. Другие цвета наносятся повторным окрашиванием ткани после снятия частей воскового рисунка. Горячий батик издавна известен у народов Индонезии (в особенности на острове Ява), в Индии и других азиатских странах.
Основные тона — синий и коричневый. У Лещенко батик и красен, и зелен, и светло-сер, и розов. Автор задалась целью передать цветами и своеобразной символикой различные настроения души.
Работа «Разлитое вино» выражает отчаяние. На абстрактной картине угадывается не только опрокинутый на столе бокал, но и царящая кругом печаль — благодаря коричневым, темно-зеленым, бордовым, синим разводам. А вот «Приглашение на чай» исполнено радужного, теплого настроения, счастья, уюта, света домашнего очага. Светло-желтые, нежно-красные, воздушно-зеленые и голубые разводы, окружив белую чашку и чайник с коричневым напитком, утешают зрителя.
О многом заставляет подумать диптих «Запретные чувства». Одна из самых замечательных работ на выставке — «Заштопанное небо». Закат художницей соединен с потемневшим садом прочными, броскими красными нитями. И здесь грех не вспомнить поэзию Рильке: «Как нитки ожерелья, строки рвутся, и буквы катятся, куда хотят. Я знаю, солнце, покидая сад, должно еще раз было оглянуться из-за охваченных зарей оград». Именно эта мысль немецкого стихотворца так ясно выражена в «Заштопанном небе», быть может, и не подозревающей об этом Еленой. — «Заштопанное небо», — улыбнулась автор нашему восторгу, — это желание «фильтровать» его дары.
Помните, как у Окуджавы: «То ли самое прекрасное, ну самое прекрасное в окошко постучится. То ли самое напрасное, ну самое напрасное в объятья упадет». Хочется, чтобы в объятия падала радость, а беда проходила стороной.
Дмитрий БЕЛОВ, "Кивские ведомости"
